Сколько россиян работает, а сколько за этим следит?

Опубликовано: 7 апреля 2019

Занимаясь сейчас стартом нового проекта, прихожу к выводу, что расклад в стране примерно такой: не более 20-30% трудящихся граждан что-то собственно делают, с полезным выходом. Сюда, боюсь, входят все, от хипстера-дизайнера до шахтера, от оперирующего хирурга до уборщицы, от менеджера проектов до фермера.

Около 60- 70% заняты тем, что следят, как бы другие не сделали чего-то не того. Проверяющие, контролирующие, требующие отчетов, все — от налоговиков до консьержек, от полиции до типичной учительницы, у которой главная задача — чтобы дети не нарушали дисциплину, и районного врача, который лишь штампует рецепты, справки и больничные, сюда же относятся чиновники, главное для которых «кабы чего не вышло»и, конечно, бесчисленные «охранники»,

Еще около 10% занимаются тем, чтобы помочь первым отбиться от вторых: бухгалтеры, юристы, консультанты.

Я не считала, конечно, это ощущение субъективное, да и не посчитаешь это по статистическим данным (там не отличаются врач и учитель, которые лечат и учат от тех, кто «штампует» справки и ставит оценки, сотрудник опеки, который занимается детьми, и сотрудник, который занят прикрытием своей филейной части). Может, другие проценты, но расклад по сути такой.

Кроме того, есть те, кто просто пилит и ворует, есть также и те, кто просто тихо пьет, но я все же о трудящихся.

При этом производительность труда даже первых — втрое ниже, чем могла бы, потому что они обречены на «барщину» в виде обслуживания потребностей вторых: отложить все дела, и срочно написать отчет, отнести бумажку, «Нет, переделайте, у вас вот тут запятая не там», и на «оброк» — взаимодействие с третьими и оплату их нелегкого, а потому дорогого труда.

Все это просто не могло бы свести концы с концами, если б не углеводороды, потому что первым, работающим к тому же с большими издержками, вторых и третьих никак не прокормить, хоть тресни.

Чтобы просто начать что-то делать на основе чуть более, чем самопальной, нужно потратить такое количество сил, времени, и денег, что мысль «а на фига?» посещает пять раз на дню, даже при сильной продуманной мотивации и поддержке многих хороших людей.

А главное, непонятно, как вообще выбираться из этого вязкого болота, «Путина прогони» тут явно не спасет, это везде и всюду. Не Путин же заставляет частный банк требовать двести двадцать пять бумажек, половина — не предусмотренных законом, от только создающейся НЕКОММЕРЧЕСКОЙ организации с нулевым бюджетом. Какие-то цепкие опутывающие лианы, как в фильме «Джуманджи».

«Порядок», наведенный после 90-х — это система, где тысячи человекочасов тратятся на то, чтобы не позволить никому украсть копейку, при этом спокойно позволяющая — помогающая — красть миллиарды.

Чтобы поставить идиотский штамп о гражданстве в свидетельство ребенка, рожденного и всю жизнь прожившего в Москве, от двух родителей — граждан России, нужно было собрать справки из домовых книг всех мест, где мы успели пожить за это время (один раз приезжаешь — заказываешь справку, другой — забираешь, все в рабочее время). А если б за это время мы переехали из Владивостока в Москву? Туда пару раз смотаться? Помогает это в контроле миграции? Ну, по сторонам достаточно посмотреть.

Система эта втягивает в свою логику даже оппозицию — главные проекты которой на данный момент тоже сводятся к контролю: наблюдение, чтоб не врали на выборах, и поиск, где кто что украл с Навальным в роли «идеального контролера». Это все важно с точки зрения самоорганизации и получения достоверной информации о положении дел, но как самоцель до тоски узнаваемо.

Хуже, что контроль почти не вызывает здоровой реакции отвержения. Любые меры по «ужесточению контроля» гражданами приветствуются, всегда ударяя по ним самим, а не по тому, про кого они думали. Чего стоит нарастающий скандал с «недействительным» гражданством http://shraibman.livejournal.com/868077.html — у КАЖДОГО, одним движением, без всяких судов и шумихи, можно вычеркнуть из жизни месяцы и годы, заставив доказывать, что он не верблюд, а пока не докажет, сделав невозможной нормальную жизнь. Любой закон будет поддержан и одобрен большинством, если упаковать его в обертку «контроля за всем плохим и защиты всех хороших» (педофилам и террористам по справедливости полагается от «контролеров» приличный гонорар за использование бренда, думаю, они его и имеют в той или иной форме).

Это игра, в которую с нами играют уже долго:

— А давайте мы вас обезопасим — смотрите, какой ужас творится!
— Давайте, родимые, на вас вся надежда.

— Но только теперь и вас придется контролировать, вы ж понимаете, закон для всех один.
— Ну что ж делать, родимые, давайте, мы потерпим. В очереди постоим, справку принесем, анкету заполним, сумки откроем, а если невмоготу — занесем кому надо, чтоб без очереди. Только б помогло — а то страшно же, что творится!

Проходит время. Творилось, что творится, и даже больше, иногда прикрывшись официальным фасадиком.

— Как же так, родимые?
— Вот, черт, не помогает, такой, понимаешь, народ у нас. Ну, ничего, мы сейчас еще придумаем, как ужесточить контроль.

— Давайте, родимые, на вас вся надежда.

Далее по кругу.

Волки сыты, овцы не то чтобы целы, но продолжают надеяться.

Читайте также: Новости Новороссии.

Читайте также: Сводки событий Новороссии.